Мы придвигались с ним друг к другу все ближе и ближе. И вот наконец наши бедра соприкоснулись. И мы плотно прижались друг к другу бедрами. Меня било током. Между ног сладко клокотала жидкость. Роман отставил в сторону банку с пивом и обнял меня всю. Я лежала у него на коленях, умирая от счастья, а он целовал меня в губы, расстегивая кофточку. Под кофточкой у меня была весьма небогатая размером грудь, весьма. У девчонок в классе были груди гораздо внушительнее моей. Но Романа это обстоятельство, по-видимому, не волновало. Он собрал мою грудку в ладонь и начал ее целовать. Через две минуты его рука была в моих трусах. Джинсы полетели в сторону. Под его рукой я вся выгнулась и неожиданно почувствовала момент наивысшего напряжения, вся кровь прилила туда, где была его рука, и я, крича и стоная, испытала сладкий оргазм. Когда он расстегнул свои джинсы и вынул то, что топорщило их и гипнотизировало меня все время, я уже лежала расслабленная и ничего не хотела. Роман обиделся. Я почувствовала к нему братскую любовь, собралась с силами и сказала: «Сейчас…» И стала снимать трусики. Он испугался и сказал: «Не надо. Это я так… пошутил». Тут обиделась я.