Запал Бокса не на смазливую мордашку и не на рост девчонки, нет; в реале невысокие большеглазые шатенки его всегда привлекали сильнее. Что-то близкое, родственное почуял в блондинке, с первого случайного взгляда распознав признаки до боли знакомой одержимости.
Интуиция не подвела ветерана сетевой партизанской войны. Убедился он в этом тотчас же; ещё тогда, полночи тому назад.
В реале Бокса принялся просачиваться сквозь колышущееся море толпы, телом поближе к маячку светловолосой головы. Одновременно он через второй магистральный нейрошунт качнул запретную ментовскую инфу, по своим тайно прокопанным норам утащил копию искомого досье. И вызнал, что эта худенькая как ветка, беленькая симпатяшка в свои неполные девятнадцать уже ухитрилась получить приговор Иных. На её полускрытом косой чёлочкой высоком лобике незримо алел знак реальной смерти, пропечатанный властями.
До сих пор София Арбузова не попадала в поле зрения партизанских хакеров, коннекта с активным подпольем не имела, и ломилась К Свободе самостоятельно. Причём ломилась очень даже упорно, если не сказать яростно…
А ведь попытки взглянуть выше неба были для эрсеров Новосибирска-Три занятием крайне опасным, смертельно наказуемым. Периодически возникающее почти у каждого из потомков землян нестерпимое желание подняться и выйти за пределы локальной сетки мира-резервации – неизбежно порождало следствие.
Пресловутый «ответный ход». У надсмотрщиков-Иных возникало жгучее желание опустить «зема» или «земляшку», держать и не пущать его/её в космос. На каждый е2-е4 обязательно находится свой с7-с5.
Но кто-то останавливается уже после первого предупреждения, жёлтого (шестьдесят четвёртой попытки), кто-то – после второго фиолетового (128), третьего серого (256), четвёртого коричневого (512)… Некоторые устрашаются аж предупредительным предпоследним, которое даётся по достижении девятьсот девяносто девятой попытки, и предпочитают оставаться в чёрном списке. Грозит это неизбежным урезанием общественного статуса, но не физической ликвидацией.
И только считанные заполучают ПОСЛЕДНЕЕ. Окрашенное в цвет крови. Эрсеровской крови. У Иных ведь аналогичные субстанции – далеко не всегда красного цвета…
И вот, именно в эту предзимнюю ночь, отважная взломщица-одиночка выбралась на улицы городского реала и проникла в тоннели заброшенной подземки. Подобно сотням других эрсеров, её привело сюда ещё одно уголовно наказуемое Иными желание. Которое возникает исключительно у потомков землян, чисто эрсеровское, такое: реально приобщиться к одной из граней бесценного Наследия Предков. Коснуться духовных сокровищ, абсолютно запретных в этом мире… И здесь, на рок-музыкальном сейшене, девочка София попалась на глаза одному из самых закоренелых диссидентов мира Прекрасная Елена.
Неуловимому похитителю кодов и паролей, всепроникающему информационному контрабандисту, героическому курьеру частиц Наследия, легендарному сетевому партизану с хлёстким никнэймом «Боксá». Одному из немногих, кто обладал тайной силой знания, той, что позволяла выйти в космос, не изменив показания смертельного счётчика.
Что с нею не произошло в виртуале, то неожиданно случилось в реале. Судьбоносное, вполне вероятно, пересечение жизненных линий.
РОКовое, можно сказать.
«Рулез! Успел… – удовлетворённо подумал Бокса, когда обнаружил в досье главное, что нашему человеку нужно узнать о нашем человеке; а в реале просочил тело сквозь толпу почти впритык. – Она ж не сегодня-завтра опять рванёт, не удержится, не усидит на месте. Попробуй соблазну не поддайся, когда окошко во Вселенную – прямо у тебя на столе раскрытой раковиной лежит, или твоё запястье браслетом опоясывает… Грёбаные тяшки, чтоб им зависнуть на середине файла фильма!».
Посланное Иным древнее ритуальное проклятие было как нельзя более точно адресовано. Любое размышление на эту тему закономерно приводило к тому, что «…злобные хитрые твари никогда не отбирали у преленианцев и преленианок эрсеровского происхождения терминалы, и не будут. Программное обеспечение безжалостно калечится, в урезанные версии: «сделано для земов» немерено вставляются ограничители, но «железо» у наших – не конфискуется никогда. Хотя, казалось бы, что может быть проще, чем отобрать личный комп уже после первой попытки? Но тяшки провоцируют повторение, потому что им это выгодно. Самый эффективный метод выявления потенциальных диссидентов…»
Раздай заключённым персональные серийные соблазны, приглядывай, с какой интенсивностью они ими пользуются для рытья подкопов, и регистрируй результаты, в разноцветные списочки вноси. Какой обитатель гетто не пожелает выбраться за пределы жалкого, ограниченного ареала обитания?! В реале не получается – так хоть одним глазком на космические дали глянуть бы, в щёлочку, издали…
И только-только Бокса успел просочиться вплотную, и только лишь открыл он рот, чтобы поздороваться и представиться, как начался содом с гоморрой вперемешку с апокалипсис нау. Хорошо хоть успел швырнуть девочке в волосы крохотный «репейник» уни-транслятора, прежде чем бросился драпать без оглядки. Стражники, казалось, хлынули в подземный зал со всех сторон. Прямо из стен полезли.
И ведь ухитрились, гады, подобраться в упор непримеченными! Забили все каналы наводками, навалили ложных картинок… Даже он, Бокса, вовремя не просёк. Видать, был так увлечён реальным просачиванием, что виртуально расслабился и… Эх, что уж теперь повинную башку пеплом усыпáть.
Теперь-то, вот, успешно унеся собственное тело от тяшек, просачивается он «посередь» ночи во глубине наземного города, скользит за иномирянкой и её спутницей. Не только в виртуале, но и в ближнем реале, сразу за чертой предела прямой видимости. Если уж опозорился в недрах метро, так хоть в аптауне не упустит опытный партизан эту странную парочку. Что засекут его самого, ветеран андеграунда не опасался. Потому и жив до сих пор, что умеет не только по каналам сетевых коммуникаций лазать, но и тело по городским улицам гонять.
И с каждой секундой всё больше росло, укреплялось стойкое мнение, что основной «добычей» уже не девушка София является. По ходу связался Бокса с тремя-четырьмя коллегами, вызнал, что там и какие НАШИ дела скорбные, кого замели, а кто смылся.
Посоветовался также с народом, на предмет дальнейших действий; проинформировал, куда и за кем топает в данную минуту реального времени. Показал ребятам стоп-кадры обличий девушек, на крайний случай. Если его невзначай прихватят пэпээсники на улице (от чего автосэйвь и сохрани святой Исидор Севильский, древнейший, с доисторической эры сетки ИнтерНет, покровитель киберпространства)!.. И вдруг получил от одного из партнёров по сетевой конференции дополнительную инфу на заданную тему.
И крепко озадачился.
Немудрено. С Подругой этой что-то нечисто было. Сильно нечисто. Мягко говоря… Попадалась она уже реально на глаза кой-кому из активистов подполья, из тех, что тусовались в зале на сейшене. Ведь появилась она в месте проведения андеграундной акции не с Соней под ручку, а в обнимку с двумя другими туристами, супружеской парой иномирян. (Дальнейшая судьба этих двоих неизвестна, скорее всего попали в плен или погибли под огнём ментовских лучемётов). Присутствие в зале троицы явно нездешних эрсеров привлекло внимание подпольщиков, за прилётными было установлено негласное наблюдение…
И вот тут-то приключился никем нежданный облом. Эта бритоголовая малышка ухитрилась ИСЧЕЗНУТЬ, выскользнуть из-под колпака.
От реальной слежки ещё возможно оторваться, что она и сделала. Но пользователю, имеющему при себе воткнутый в сеть терминал, выпасть из поля перекрёстного зрения нескольких хакеров?.. Это надо было СУМЕТЬ. Она – сумела. Почти семь минут длилась лакуна выпадения.
Затем туристка вновь попалась в поля зрения, и было явственно заметно, что подбирается она к местной жительнице, девушке из фэн-клана Виктора Цоя. Той супружеской пары с ними рядом уже не наблюдалось, когда Бокса углядел вначале светловолосую головку, а чуть позже (и гораздо ниже) – головку начисто выбритую.