Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Опасаетесь, Джош, что я раскрою ваши темные делишки? – спросила она шутливо.

– Боюсь, вас ждет разочарование. Впрочем, вы сами только что проверили дела моей фирмы. – Они въехали на деревенскую автостоянку, он остановил машину и наконец решился: – Кэтрин, вы не возражаете, если мы и впредь будем делать вид… в общем, дадим Даниэле повод считать нас любовниками?

В ее голове неожиданно вспыхнула живая картинка: они с Джошуа в постели, – и у нее что-то заныло под ложечкой. Кэтрин невольно сжала руки в кулаки и уставилась на них.

– Что ж, меня не убудет, если это ненадолго.

Джошуа накрыл ее руки ладонью.

– Спасибо, Кейти. Они провели приятные полчаса, гуляя по кривым улочкам Хамптон-Крик. Это был маленький, но привлекательный туристский центр, в прошлом процветающий рыбачий поселок. Дома здесь хранили обаяние, свойственное сельским районам Новой Англии, со вкусом оформленные, стилизованные лавки переносили в атмосферу девятнадцатого столетия. В одной из таких лавочек Кэтрин увидела прелестную вязаную курточку для младенца и купила ее в подарок Бет.

– Уже заранее запасаетесь? – поддразнил ее Джошуа, пока продавщица заворачивала покупку.

Кэтрин ответила ему озорной улыбкой.

– Интересно, какова будет ваша реакция, если я скажу «да». Но на самом деле это для сестры. Она ожидает своего первого ребенка где-то к Дню Благодарения, и мне не терпится выступить в роли воркующей тетушки.

Когда они вернулись в коттедж, Даниэла уже убралась на кухне и сидела в гостиной, потягивая какой-то напиток из высокого фужера, покрытого матовым узором.

– Это «Плантерс Панч», сногсшибательное зелье! – сказала она, кивая на фужер. – Не желаете ли присоединиться?

– Я сделаю сам. Не вставай, Даниэла, – сказал Джошуа и повернулся к Кэтрин. – Как насчет глотка чего-нибудь освежающего, дорогая? Имей в виду, этот напиток с гарантией: со второй порции валит с ног!

Ее сердце лихорадочно затрепетало – с такой нежностью он улыбнулся ей. Как жаль, что все это неправда! Джошуа Ханту нужно просто-напросто выписывать лицензию на свои улыбки…

– Предложение интересное, – весело отозвалась она. – Я всегда ценила напитки, позволяющие почувствовать их крепость.

– Хм… я припоминаю. – Джошуа подошел к ней, обнял и поцеловал в шею. – Но еще я помню, что происходит потом, а нам еще предстоит возвращение на Манхэттен. Так что, к несчастью, придется ограничиться небольшой рюмкой.

Кэтрин лихорадочно придумывала, как продолжить эту игру, но тут Даниэла вскочила и сказала, что сейчас подаст ленч. Кэтрин была ей благодарна за вмешательство: одно дело – теоретически согласиться разыгрывать роль любовницы, а другое – постоянно держать в узде свое тело, мгновенно отзывающееся на самую небрежную ласку Джошуа…

Через несколько минут ланч уже стоял на столе. Блюда в самом деле оказались отменными, и Кэтрин не скупилась на похвалы. И тем не менее истинного удовольствия она не получила, так как слишком болезненно чувствовала те подводные течения, что бурлили вокруг нее. Причину их она до конца не понимала и только ощущала острую неловкость. Хуже всего было то, что Даниэла, казалось, не умела говорить ни о чем, выходящем за рамки ее поля деятельности. Она охотно сообщила Кэтрин рецепт гаспачо и долго рассказывала, что ищет лампу, способную вписаться в декор ее гостиной. Но стоило разговору коснуться мира, начинающегося за порогом дома Даниэлы, она становилась совершенно беспомощной. Кэтрин пыталась изо всех сил найти какую-то общую тему, но сделать это ей не удавалось, и она невольно сравнивала вяло текущую беседу за столом с оживленными разговорами, которыми они с Джошуа наслаждались до этого.

Удивительно, но Джошуа не стал даже и пытаться поддержать разговор; он, казалось, нарочно держался отстраненно. К концу ленча Кэтрин стало ясно, что Даниэла, несмотря на храбрые попытки убедить себя и других в обратном, крайне несчастна. И еще Кэтрин подозревала, что Джошуа, несмотря на свое деланное равнодушие, находится на грани срыва.

Она снова удивилась: за что он может так сильно ненавидеть мачеху? Верно, Даниэла немного скучновата и, очевидно, это не его тип. Однако для подобной антипатии необходима более веская причина. Ведь, в конце концов, мистеру Ханту, а не Джошуа, приходится ежедневно слушать глуповатую болтовню Даниэлы и ее детские смешки! Кэтрин мысленно отругала себя за излишнее любопытство: взаимоотношения в семье Хантов вовсе не должны волновать ее.

Она настояла на том, что сама отнесет на кухню посуду, и вежливо отказалась от помощи Даниэлы, сказав, что мытье посуды – это самое малое, что она может сделать в качества вклада в сказочно вкусный ленч. На самом деле поступок Кэтрин не был абсолютно бескорыстным: она была рада сбежать и укрыться в мирной безопасности кухни. Помыть несколько тарелок – небольшая плата за то, чтобы избежать демонстрации псевдопривязанности со стороны Джошуа. Кэтрин возмущало, что тело ее дрожит от волнения при малейшем намеке на ласку со стороны Джошуа, хотя она прекрасно знает, что ласки эти ничего не значат. Если, конечно, не считать желания создать у мачехи ложное впечатление…

Она долго возилась с посудой, а когда вернулась в гостиную, то увидела, что Джошуа и Даниэла сидят в разных углах. Атмосфера в комнате буквально потрескивала от накопившегося напряжения, и Кэтрин стало ясно, что своим возвращением она прервала злую перепалку. Даниэла, казалось, вот-вот заплачет. Она отказалась от предложенного Кэтрин кофе, сказав, что ей нужно поскорей возвращаться в Коннектикут, на случай, если муж приедет рано, поднялась с места и со смущенным видом направилась к двери.

– На следующей неделе Натан приглашен на встречу выпускников колледжа, – сказала она Джошуа, – и я собираюсь приехать сюда снова. А ты… хм… – Ее голос оборвался, и в нем послышалось отчаяние. – Я просто хотела попросить тебя не оставлять в холодильнике ничего скоропортящегося. Ладно, Джошуа?

– Конечно.

– А ты… – она снова замялась, – ты не собираешься приехать сюда в следующие выходные?

– Нет, у нас с Кейти другие планы. Так что коттедж будет в твоем распоряжении.

– Да… хм… конечно. У вас с Кейти другие планы. – Даниэла, видимо, поняла, что говорит почти бессвязно, потому что прокашлялась и произнесла более отчетливо: – А на этой неделе ты будешь дома, Джошуа? Или поедешь куда-нибудь по делам?

– Не знаю. – Он резко отвернулся и подошел к окну. – Я попрошу секретаршу позвонить тебе утром в понедельник, когда буду знать свой график на неделю.

Даниэла поежилась от его сухого тона и нервно затеребила золотистую прядь, явно не зная, что еще сказать и как поступить. Она повернулась к Кэтрин, и ее улыбка не смогла скрыть обиды, застывшей в нежных голубых глазах.

– Ну, прощайте, Кэтрин. Очень рада была познакомиться. Надеюсь, что мы… Думаю, что скоро увижу вас вновь.

– Я тоже надеюсь на это. – Кэтрин неожиданно почувствовала желание утешить ее. – Даниэла, если вы приедете на выходные на Манхэттен, позвоните мне. Может, мы вместе сходим на ланч.

– С радостью.

– Но только я не решусь пригласить вас к себе: после блюд, которые вы приготовили сегодня, я не позволю вам пробовать мою жалкую стряпню!

– Благодарю за комплимент. – Даниэла взяла свою маленькую сумочку и направилась к двери. – Не беспокойтесь и не провожайте меня. Сейчас на улице слишком жарко.

Когда звук мотора «Порше» затих вдали, Кэтрин повернулась и взглянула на Джошуа.

– У вашей мачехи довольно несчастный вид, – спокойно заметила она.

Джошуа налил себе большую порцию виски, добавил пару кубиков льда и залпом выпил.

– Отец старше ее на двадцать пять лет, – сухо сказал он и хотел было налить себе еще порцию, но передумал. – В первые пять месяцев после свадьбы он постоянно разъезжал. Думаю, что у них что-то не заладилось с самого начала.

Кэтрин нерешительно провела пальцами по спинке дивана.

– Она очень хорошенькая.

– Неужели? – Джошуа отошел от бара и встал напротив нее. – Почему мы без конца говорим о моей мачехе?! Довольно того, что она помешала нам своим приездом!

19
{"b":"105254","o":1}