Шестнадцатого июня 1938 года четыре корабля образовали специальную эскадру «А». Она не входила в состав военно-морского флота, а подчинялась непосредственно Гессу. Руководителем экспедиции назначили капитана Ритшера, при нем был наблюдатель от НСДАП. Имя этого наблюдателя, пожалуй, известно всем. Его звали Мартин Борман. На борту кораблей находились, кроме моряков, полярники, а также добровольцы из состава СС, люфтваффе и штурмовых отрядов. Все они дали подписку о неразглашении тайны.
Двадцать девятого июня четыре корабля, снявшись с якоря, в обстановке строжайшей секретности вышли в Атлантический океан. В конце июля эскадра «А» достигла берегов Антарктики. Первая остановка сделана у побережья Антарктического полуострова. Здесь же основана база «Хорст Вессель», которую немецкие полярники называли между собой «станцией Мартина Бормана». Дело в том, что в течение всей экспедиции Борман, вместо того чтобы наслаждаться покоем в коморортабель-ных каютах «Шлагетера», находился на ледяном побережье Антарктиды, чем заслужил уважение остальных участников экспедиции.
Девятнадцатого августа одноместный разведчик, совершавший полет над Землей Элсуэрта, неожиданно пропал с экранов радаров. Одновременно прервалась радиосвязь с ним. При этом никаких сигналов бедствия пилот подать не успел. На помощь немедленно был выслан другой самолет, перед которым была поставлена задача, если это возможно, спасти потерпевшего катастрофу пилота. Однако в том же районе с ним произошла та же самая история. И снова — ни звука по радио.
Командир авианосца посылает на поиски звено их трех самолетов. При этом летят они не в плотном строю, а на некотором удалении друг за другом, так, чтобы держаться на расстоянии видимости, но не более того. И вновь первый самолет пропадает с экранов радаров, слышен вскрик второго пилота, и с его самолетом происходит то же самое. Третий выполняет резкий разворот и на максимальной скорости идет в сторону моря. Через полчаса самолет приземляется. Пилот садится неуверенно, как новичок, и с трудом «вписывается» в узкую взлетную палубу. Сам он выйти из кабины не в состоянии. Его выносят на руках, бледного, как мел, с трясущимися руками. Пилота отправляют в санчасть, куда немедленно прибывают Ритшер и несколько человек из «Аненэрбе». О чем рассказал им чудом спасшийся пилот, так никто и не узнал. Поговаривали то о каком-то летающем чудовище, то о странных лучах, бивших из абсолютно зеленой полоски земли, то о таинственном смерче, проглотившем крылатые машины. В любом случае эскадра с максимальной скоростью движется дальше, прочь от проклятого места.
А затем участники экспедиции обнаружили и обследовали покинутый древний город в горной долине. Говорят, несколькими десятилетиями позже этот город видели русские. Кроме того, нацисты нашли целую систему теплых карстовых пещер, вполне пригодных для обитания. Попасть в них можно только из-под воды или используя сложную систему тоннелей. При этом загадочные смерти продолжались — во всех пещерах были обнаружены шахты, ведущие куда-то вниз. Люди, отправлявшиеся для исследования этих шахт, неизменно погибали.
В апреле 1939 года Ритшер с тремя из четырех своих кораблей вернулся на родину. В Новой Швабии он оставил авианосец, который исследовал побережье, пять подводных лодок и две полярные станции. Капитан намеревался вернуться на ледовый континент в самом ближайшем будущем. Его планам не суждено было осуществиться, так как в Европе разразилась Вторая мировая война.
Тем не менее Гитлер планировал продолжение колонизации ледового континента, рассчитывая в первую очередь на встречу с его коренными обитателями. Несмотря на то что до сих пор эти попытки не увенчались успехом — то ли прав был Вебер, и они давно вымерли, то ли просто не хотели идти на контакт, — фюрер отлично понимал: тот, кто первым получит доступ к тайнам неведомой цивилизации, станет обладателем мощнейшего козыря в борьбе за господство над миром. О том, что ан-таркты могут начать играть не по его правилам, Гитлер и не задумывался: такая постановка вопроса была для него непривычной.
Антарктические базы остались не эвакуированными и достаточно активно развивались. Численность находившегося на них персонала с нескольких сотен человек с весны 1939 года выросла до 2 тысяч к наступлению 1941-го. К берегам Антарктики было выслано несколько рыболовных судов, которые помогали снабжать продовольствием «население» Новой Швабии. Еще несколько аналогичных кораблей захватили германские рейдеры, орудовавшие в тех водах. Очевидно, использовались и пещеры с плодородной почвой. По крайней мере, там довольно быстро смонтировали несколько миниатюрных гидроэлектростанций, которые обеспечивали всю систему пещер и находившуюся над ними полярную станцию электричеством. Оборудование изготовили в 1940 году в фирме «Сименс» — об этом свидетельствует документация компании; заказ был сверхсрочный и оплачивался в двойном размере.
За 1939–1941 годы найдено еще два покинутых города. В них тоже имелись входы в подземные пещеры, заваленные обломками скал. Прорваться сквозь каменные «пробки» не удалось. В конце 1939 года в Антарктиду на подводной лодке прибыл лично Готт, который мечтал о чести первым побеседовать с «истинными арийцами». К этому моменту у Готта родилась новая, уточненная теория относительно антарктов. По мере того как континент сдвигался к полюсу и становилось все холоднее, писал ученый, коренные жители искали все более теплые места. Такие «оазисы» располагались в основном вокруг действующих вулканов, которых несколько тысяч лет назад было множество. Там-то и возникали те самые города, руины которых обнаруживали немцы. Однако жизнь по соседству с вулканами казалась небезопасна; видимо, не один город постигла судьба легендарной Помпеи. Перед антарктами встала неразрешимая проблема: если отодвинуть города от вулканов, то людям грозит вымерзание, если приблизить — неминуемы разрушения от извержений. Но местные жители нашли, как и подобает истинным арийцам, простой и гениальный выход: чтобы спастись от вулканов, они решили спрятаться в их толщу! Возможно, сначала строились специальные «скальные города», однако затем антаркты обнаружили систему карстовых пещер, которая оказалась гораздо более подходящей. Готт не сомневался, что такие пещеры пронизывают всю прибрежную зону Антарктиды, а возможно, и сам континент. Именно там, в подземном мире, и расположено мощное государство антарктов, которые постоянно следят за копошащимися на поверхности людьми.
Это предположение, думаю, было очень близко к истине. Во-первых, потому, что нигде больше, кроме как под землей, антаркты находиться не могли. Во-вторых, как мне теперь известно, Сила больше всего проявляется глубоко в земле. Ведь недаром для самых разнообразных ритуалов используются склепы, пещеры и подземелья. Поэтому антаркты, которые, очевидно, умеют использовать Силу, перебрались поближе к ней.
В1941 году в Антарктиду был направлен Гесс (в Англию в это же самое время улетел его предварительно зомбированный двойник). С 1941 года Вальгалла — так называли нацисты свою ледовую колонию — начинает приобретать все большее значение для Германии. Гитлер рассчитывал на «молниеносную войну», однако жизнь опрокинула все его расчеты. Страна втянулась в долгую европейскую бойню, к которой была не готова. И Антарктида с ее редкоземельными металлами, которые нашли нацистские геологи, была здесь как нельзя более кстати.
Существуют также определенные свидетельства, указывающие, что уже в 1941 году наиболее прозорливые представители элиты рейха понимали: война может закончиться тяжелой катастрофой. На этот случай следовало приготовить себе плацдарм для отступления. Что при таком раскладе может быть лучше, чем никому неизвестные карстовые пещеры на ледовом материке!
И Антарктида начала постепенно превращаться в убежище, на случай если Германия все-таки проиграет войну. Первым ее увидел в таком качестве Мартин Борман. Умный и циничный прагматик, он задолго до окончательного краха почувствовал его приближение. Именно ему, похоже, антарктическая база обязана тем, что пережила крушение Третьего рейха. На юг подлодками и гигантскими транспортными самолетами отправлялись специалисты, оборудование, целые небольшие заводы. Задачей Бормана было сделать базу совершенно автономной, независимой от внешних поставок. Ему и удалось в значительной степени преуспеть в этом начинании.
