— У него твои глаза, Дима. Твой разрез бровей. Твоя манера сжимать губы от злости. Он стоял в проходе магазина и взахлёб говорил матери о дяде Диме и машине-роботе. О той самой машине, чек на которую я отыскала в твоей куртке.

Дмитрий застыл у вешалки, пальцы впились в ремень, побелели:

— Ты за мной следишь? Устроила дешёвое представление на ровном месте?

— Скажи мне. Просто ответь. Это твой ребёнок?

— Не знаю, о ком ты говоришь! — он шагнул вперёд, навис надо мной, злой. — У тебя мания, Аня. Сидишь в школе среди тетрадей, сходишь с ума от скуки. Прекрати молоть ерунду, или я заморожу твои карты. Посмотрим, как запляшешь без моих денег.

Он грохнул дверью — зеркало в прихожей задрожало. Тишина сдавила виски.