Я думала, что истинность — это дар, но для волчьего лорда она оказалась проклятием, связавшим нас. Он не скрывал, что у него есть другая, а я нужна лишь для рождения наследников, а надменная усмешка и обещание «не обделить вниманием» звучали как приговор. Когда я попыталась сопротивляться, он лишь коснулся моего лица, стирая слезу, и напомнил: моя суть отныне — желать его, нравится мне это или нет. Истинность стала моей клеткой, а он — жестоким хозяином, который поздравил со свадьбой, на которую я не соглашалась.