На фотографии, сделанной Джил Кременц (моей женой), вы видите меня с выдающимся немецким писателем Генрихом Беллем (который, как я, а также Норман Мейлер, Джеймс Джонс и Гор Видал, был когда-то рядовым пехоты). Мы осматриваем из окон туристского автобуса Стокгольм, куда нас пригласили в 1973 году на конгресс международной писательской организации ПЕН-клуб. Я рассказал Беллю об одном немце, ветеране второй мировой войны (а теперь плотнике, с которым я познакомился на мысе Код): он прострелил себе бедро, чтобы не попасть на Восточный фронт, только рана затянулась еще до того, как его доставили в госпиталь. (Дело шло к трибуналу и расстрелу, но Красная Армия захватила этот госпиталь, взяв моего немца в плен.) А Белль говорит: надо стрелять, приложив к телу буханку хлеба, тогда не остается следов ожога. Вот поэтому мы и улыбаемся. (Шла война во Вьетнаме, и, уж будьте уверены, многие из пехоты подумывали о самостреле, чтобы потом сказать мол, получил боевое ранение.)