Пошмыгивая простуженным носом, я жадно смотрела в окно машины. Там, за окном, был синий мир, в котором вальсировали синие снежинки. Город уже закончился, и навстречу бежали ели в тяжелых белых шубах. Зимние метельные сумерки. Мне хотелось оказаться в них. Я так я ясно представила, как мчусь сквозь сугробы и поет ветер, что чуть не начала произвольную трансформацию. От непоправимого меня спас ленивый голос:
- Все мечтаешь?
Пошмыгивая простуженным носом, я жадно смотрела в окно машины. Там, за окном, был синий мир, в котором вальсировали синие снежинки. Город уже закончился, и навстречу бежали ели в тяжелых белых шубах. Зимние метельные сумерки. Мне хотелось оказаться в них. Я так я ясно представила, как мчусь сквозь сугробы и поет ветер, что чуть не начала произвольную трансформацию. От непоправимого меня спас ленивый голос:
- Все мечтаешь?
9 (2) 
