Сначала отказалась - конец учебного года, какая встреча. Хочется тишины, покоя, нервы измочалились в хлам. Правда, не так, как раньше, когда после уроков трясло, будто обмотали проводом и пустили ток высокого напряжения.

Помогает опыт, ведь спокойствие - гарантия успеха, как в снайперском деле. Хотя бывает: то в жар, то в холод бросает, может, и климакс, пора, но от понимания этого не легче. Яков готовил на ужин ее любимые винегрет и рыбу в кляре, но есть не хотелось, предлагал для аппетита сухонькое винцо, но от него болела голова. Она мечтала о летних каникулах не меньше школьников.

- Давно не виделись, одна работа, так нельзя, сколько той жизни осталось. Кафе для деловых - спокойнее не бывает, кормят неплохо. Да оторвись ты от дома, в конце концов, неужели муж не надоел? Выпьем по пивку, расслабимся, - вводила в транс Марго.

На Софьино: нет времени, такая загруженность, ведь это школа, свободное время будет на пенсии, - возражала: "Не забывай, у тебя всегда есть шанс спрыгнуть с воза образовательной системы. Чай не при феодализме и ты не крепостная". Жизнеутверждающая перспектива манила светлым будущим, Софья теряла бдительность и попадалась.

Раньше Яков всерьез принимал их долгую дружбу, но все чаще умильно улыбался, слушая ее жалобы. "Женщины такие забавные", - восхищался он, лицо светлело и разглаживалось, как будто сюсюкал с младенцем.

Когда-то злился: "Вас трудно понять, сами по доброй воле портите себе жизнь, зачем встречаться, если ссоритесь", и она в очередной раз давала себе слово: все, никаких подруг. От них никакой радости. А вскоре приходилось оправдываться: что делать, друзей не выбирают.

Ведь знала, что крылатые фразы раздражали мужа, "мешали ясности мысли", и он умолкал. Когда же возвращался к теме дружбы и в ответ слышал: "Да, я понимаю, скажи, кто твой друг, но мы прошли земную жизнь давно за половину бок о бок", - бросил это неблагодарное занятие.

Теперь только умилялся, когда она пыталась объяснить, почему продолжает встречаться с Маргаритой, настаивающей, чтобы ее называли Марго, после того, как она чуть ли ни в Англию послала свой плевок на генетическую экспертизу. По почте пришла распечатка на плохой бумаге с нечетким шрифтом и ошибками. Вместе расшифровали текст, и оказалось, что в ней корни королевы Марго, так и написано. Дурища предпенсионного возраста радовалась как подросток, и все повторяла: недаром родители назвали ее так, нет, недаром, все в мире взаимосвязано, и ни один волос не упадет с головы без воли божьей.