Сначала наступила зима, холодная — как ей и положено; затем пришла весна, глупая и легкомысленная на первый взгляд, и точно такая же на второй и третий. Когда в силу вступило лето, пораженное весенней легкостью, всё Токио ощутило на себе его знойность. Серано очень любила зиму, но её в этой истории не было, как и осени, которой никто не дождался.