М.Королёва― Ну, с другой стороны, вот смотрите. Провели проверку, МВД, да? Говорят, что нет, женщина добровольно передала ребенка сотрудникам полиции, всё было нормально. Вроде бы, вызвали людей из социальных служб, держали ребенка на руках, всё было в порядке. Ну, вот, ОРЗ, вот такая случайность, и ребенок к вечеру умер.
И.Хакамада― Не умирают дети от ОРЗ. Мы все с вами воспитали кучу детей, причем еще в те времена, когда никакой супермедицины не было. Как-то от ОРЗ никто не умирал.
Грудной ребенок совсем беззащитный. Иммунная система, особенно если семья эмигрантов, не обеспеченная, иммунная система ослаблена. Поэтому… Когда отнимают ребенка, это стресс – он может не проявляться, но подсознательно ребенок это чувствует. У ребенка с матерью совершенно органическая, естественная энергетическая связь. Поэтому там происходит слом иммунной системы. И если уже забирают ребенка, нужно брать на себя 200% ответственности за то, чтобы он чувствовал себя нормально.
М.Королёва― То есть вам кажется, что это не случайность. Но, вот, насколько мы можем вообще рассчитывать на то, что мы, все-таки, узнаем ответ?
И.ХАКАМАДА: Если человек встроен в систему власти, то всё будет нормальноQ45
И.Хакамада― Это равнодушие. Это равнодушие. Мне кажется, что в России вообще, вот, есть некое равнодушие органов власти к каждой индивидуальной человеческой жизни. И мы это замечаем постоянно. Если человек встроен в систему власти, то всё будет нормально. И даже если будет происходить арест, это будет как-нибудь вежливо и с учетом всех условий. Это не в силу симпатий, а в силу неписаных законов иерархической модели «свой-чужой».
И если человек вне системы, но обладает деньгами, тогда можно откупиться. А если человек совсем маргинал, тем более эмигрант и так далее, ну, это мусор, пыль под ногами.
М.Королёва
|
