И еще… другие звуки.

Рейнар ворочался в соседней комнате. Виола слышала, как скрипит его кровать. Слышала его шаги — он встал, прошелся по комнате, снова лег.

Он тоже не спал.

Интересно, думает ли он о ней?

Виола перевернулась на бок, сердито отгоняя эту мысль. Конечно нет. Почему бы ему думать о ней? Три года прошло. Он, наверное, давно забыл.

А она… она не забыла.

Как бы она ни старалась.

Виола закрыла глаза и попыталась заставить себя заснуть.

Не получилось.

Воспоминания нахлынули, яркие и болезненные.

Они познакомились на четвертом курсе Академии магических искусств. Ведьмовской факультет и факультет боевой магии традиционно недолюбливали друг друга — старое соперничество, уходящее корнями в века. Ведьмы считали боевых магов грубыми разрушителями. Боевые маги считали ведьм слабаками, занимающимися «бытовухой».

Виола никогда особо не участвовала в этом противостоянии. У нее были свои дела, своя учеба, свои друзья.

А потом состоялся межфакультетский турнир.

Командные соревнования, где студенты разных специализаций должны были работать вместе, решая магические задачи. Виолу определили в команду с тремя боевыми магами, одним артефактором и целителем.

Рейнар был капитаном команды.

Он тогда показался ей высокомерным, холодным, слишком уверенным в себе. Раздавал приказы, как будто это была настоящая битва, а не учебное задание. Не прислушивался к ее предложениям.

На третьем задании — нужно было обезвредить магическую ловушку — Виола не выдержала.

— Если ты снова попытаешься взорвать ее грубой силой, она убьет нас всех, — сказала девушка, скрестив руки на груди.

Рейнар повернулся к ней, подняв бровь.

— У тебя есть лучшая идея, ведьма?

— Да. Я могу деактивировать ее, если ты дашь мне три минуты.

— У нас нет трех минут. Таймер идет.

— У нас есть пять минут, — возразила Виола. — А твой метод занял бы десять и привел бы к взрыву.

Они смотрели друг на друга, напряжение росло.

— Хорошо, — сказал наконец боевой маг. — Попробуй.

Ведьмочка подошла к ловушке — сложное плетение магических нитей, переплетенных так, чтобы любое грубое воздействие вызвало цепную реакцию — и начала работать.

Аккуратно. Точно. Находя ключевые узлы и распуская их один за другим.

Две минуты пятьдесят секунд.

Ловушка деактивировалась с тихим щелчком.

Команда выдохнула с облегчением.

— Неплохо для ведьмы, — сказал Рейнар, и в его голосе прозвучало уважение.

Виола повернулась к нему и улыбнулась.

— Неплохо для высокомерного боевого мага.

Что-то мелькнуло в его глазах — удивление? Интерес?

— Я не высокомерный.

— Конечно нет. Просто уверенный в себе до степени невыносимости.

— А ты просто колючая до степени оскорбительности.

— Только с теми, кто этого заслуживает.

Они смотрели друг на друга, и Виола внезапно осознала, что улыбается. И он тоже улыбается.

А потом парень протянул руку.

— Рейнар. Раз уж мы работаем вместе, может, стоит представиться нормально.

Виола пожала его руку.

— Виола.

Его ладонь была теплой и твердой.

И что-то щелкнуло внутри.

С того дня они начали… не дружить, нет. Соперничать по-новому. Он вызывал ее на интеллектуальные дуэли, она огрызалась. Они спорили обо всем — о теории магии, о методах обучения, о лучших тавернах в городе.

А потом, как-то незаметно, это превратилось во что-то большее.

Он начал ждать ее после лекций.

Она начала искать его в библиотеке.

Они проводили вместе все больше времени.

А потом был тот вечер в начале зимы, когда он поцеловал ее под падающим снегом, и ведьмочка поняла, что влюблена безнадежно.

Виола открыла глаза, глядя в темноту своей спальни.

Слезы жгли горло, но она не позволила им пролиться.

Прошлое — это прошлое. Они были молоды, глупы, наивны. Думали, что любви достаточно.

Оказалось, что нет.

Виола перевернулась на другой бок и зажмурилась.

«Спи. Просто спи».

Завтра новый день. И она будет держаться подальше от Рейнара, как договорились.

Все будет в порядке.

Утро началось с катастрофы.

Виола проспала — снова. Видимо, бессонная ночь дала о себе знать. Когда она открыла глаза, солнце уже стояло высоко, часы показывали половину десятого.

Она вскочила с кровати, быстро оделась и выскочила из спальни, даже не причесавшись толком.

В гостиной никого не было. Хорошо. Рейнар, видимо, уже ушел.

Виола направилась к ванной, но замерла, услышав шум воды.

Душ.

Он в душе.

Вот же ж…

Виола развернулась, собираясь вернуться в спальню и подождать, но в этот момент вода выключилась.

Поздно отступать. Если она сейчас сбежит, это будет выглядеть еще более неловко.

Ведьма замерла посреди гостиной, не зная, что делать.

Дверь ванной открылась.

Рейнар вышел в облаке пара, обернутый полотенцем на бедрах. Волосы мокрые, капли воды стекают по груди.

Виола почувствовала, как лицо вспыхивает.

— Извини, — сказал он, явно смущенный. — Я думал, ты еще спишь.

— Я тоже так думала, — ляпнула Виола. — То есть, я думала, что ты уже ушел. Не то чтобы я думала, что ты спишь. Хотя, может, ты спал. Не знаю. Я просто…

«Замолчи. Прямо сейчас. Замолчи».

— Я понял, — Рейнар выглядел так, будто сдерживал улыбку. — Я быстро оденусь и освобожу ванную.

— Да. Хорошо. Спасибо.

Он прошел мимо нее к своей спальне. Снова этот запах — мыло, кедр, дым.

Виола осталась стоять посреди гостиной, чувствуя, как горят щеки.

Это был второй раз за два дня, когда она видела его полуголым.

Это должно прекратиться.

Немедленно.

Дверь его спальни закрылась.

Виола сделала глубокий вдох, выдох. Еще один.

Ладно. Все в порядке. Неловкий момент, но он прошел.

Она подождала еще минуту, потом постучала в дверь ванной на всякий случай. Никакого ответа. Хорошо.

Девушка юркнула внутрь и заперлась.

Ванная комната все еще была полна пара. Зеркало запотело. Пахло его мылом — тем самым запахом кедра, который преследовал ее.

Виола быстро умылась холодной водой, пытаясь охладить пылающее лицо. Причесалась, заплела косу. Посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале.

— Держись, — сказала она себе. — Просто держись.

Когда она вышла, Рейнар уже одевался — она слышала звуки из его спальни — и Виола быстро проскользнула в свою комнату, закрыв дверь.

Сердце колотилось.

Это невозможно. Абсолютно невозможно.

Как она проживет еще восемь дней?

К обеду Виола уже составила новый, более детальный план избегания.

Подъем в восемь утра — пока Рейнар спит. Ванная, одевание, выход к завтраку к девяти.

Весь день вне номера — библиотека, прогулки, баня, любые активности центра.

Возвращение в номер не раньше десяти вечера. Быстрый проход в спальню, никакого общения.

Идеально.

Она сидела в библиотеке, записывая план в маленький блокнот, когда дверь открылась.

Рейнар вошел, держа книгу.

Виола замерла.

Он увидел ее, тоже замер.

— Извини, — сказал он. — Не знал, что ты здесь. Я могу…

— Нет, нет, — Виола захлопнула блокнот. — Я как раз уходила.

Это была ложь — она только пришла — но альтернативой было находиться в одной комнате с ним, и это казалось невыносимым.

Ведьма встала, схватила свой плащ и направилась к выходу.

Проходя мимо Рейнара, она краем глаза увидела название книги, которую он держал: «Восстановление магических резервов после критического истощения».

Значит, у него тоже проблемы с магией. Серьезные, если он читает про критическое истощение.

Что же случилось?

«Не твое дело», — напомнила она себе. — «Никаких личных вопросов».

Виола вышла из библиотеки, закрыв за собой дверь. В коридоре прислонилась к стене и закрыла глаза.

Восемь дней. Восемь дней, и она сможет переселиться.