— Фредрик, — сказала я, когда тишина стала невыносимой. — Поговори со мной.

— Ты чуть не погибла, — ответил он, не оборачиваясь. Голос его был ровным, но я слышала, что скрывается за этой ровностью. — Он мог убить тебя. Нож был в сантиметре.

— Но не убил, — напомнила я. — Твоя защита сработала.

— Моя защита, — он повернулся, и я увидела его лицо. Оно было бледным, глаза горели холодным огнём. — Моя защита не должна была понадобиться. Ты не должна была оказаться в этой ситуации. Ты не должна была вести расследование одна, без меня, без прикрытия, без…

— Без твоего разрешения? — я встала.

— Без защиты! — он повысил голос. — Ты понимаешь, что могло случиться? Если бы я не вшил этот артефакт в первый же день, если бы я не почувствовал, что он сработал, если бы я не прибежал…

— Но ты прибежал. Ты вшил артефакт. Ты сделал всё, чтобы меня защитить. Так почему ты злишься?

— Потому что я не могу быть рядом с тобой каждую секунду! — он ударил кулаком по столу, и папки подпрыгнули. — Потому что я не могу контролировать всё! Потому что каждый раз, когда ты выходишь из этого кабинета, я боюсь, что ты не вернёшься!

Я смотрела на него. Он стоял, тяжело дыша, и я видела, как он борется с собой. С гневом, со страхом, с тем, что носил в себе столько лет.

— Ты боишься, — сказала я тихо.

— Да, — он отвернулся. — Боюсь.

— Боишься потерять меня.

— Да.

— Как потерял их.

Он замер. Я подошла ближе, чувствуя, как сердце колотится в груди.

— Фредрик, посмотри на меня.

Он не двигался.

— Посмотри на меня, — повторила я.

Он повернулся. В его глазах была боль — та самая, старая, застарелая, которую я видела в хранилище. Боль человека, который потерял всё и боится потерять снова.

— Я не могу, — сказал он. — Я не могу снова. Если с тобой что-то случится, если я не смогу защитить…

— Ты защитил, — я взяла его за руку. — Ты всегда защищаешь.

— Не всегда, — он покачал головой. — Эрна, Торгрим, Финн… я не смог защитить их. Я отвлёкся на секунду, и их не стало. А теперь ты… ты ведёшь расследование одна, ты идёшь в самое пекло, ты…

— Я делаю свою работу, — твёрдо сказала я.

— Твоя работа — сидеть в кабинете и разбирать бумаги! — он вырвал руку. — Твоя работа — быть в безопасности! А не…

— А не что? — я почувствовала, как во мне закипает злость. — А не рисковать? А не быть полезной? А не делать то, что умею?

— Ты умеешь видеть формулы, — сказал он. — Ты нужна мне здесь. В безопасности.

— Я нужна тебе там, — я указала на окно. — Где Пожиратели уничтожают город. Где люди гибнут. Где ты не видишь того, что вижу я.

— Кэт…

— Нет, — я повысила голос. — Ты послушай меня. Я не хрупкая ваза. Я не Эрна, не Торгрим, не Финн. Я — другая. Я — та, кто видит магию как формулы. Я — та, кто нашла предателя, пока ты был на совещании. Я — та, кто выжила, потому что ты защитил меня, но выжила не только поэтому. Я выжила, потому что я сильная.

— Я знаю, что ты сильная, — он провёл рукой по лицу. — Но это не значит, что я перестану бояться.

— Бойся, — я шагнула к нему. — Бойся сколько хочешь. Но не запирай меня. Не пытайся спрятать. Не делай из меня то, чем я не являюсь.

— Я не пытаюсь…

— Пытаешься, — перебила я. — Ты хочешь запереть меня в этом кабинете, чтобы я была в безопасности. Но безопасность — это иллюзия. Пожиратели здесь, в городе. Они уничтожают магию. И если мы не остановим их, не будет никакой безопасности. Ни для меня, ни для тебя, ни для кого.

Он молчал. Я видела, как он борется с собой — между желанием защитить и пониманием, что я права.

— Фредрик, — сказала я тихо. — Я не твоя команда. Я твой секретарь. И твоя девушка. И я не сломаюсь.

Я ударила кулаком по столу, и папки снова подпрыгнули.

— Действуй!

Он смотрел на меня. Долго. Потом его плечи опустились, и я увидела, как уходит напряжение. Не всё, но достаточно.

— Ты права, — сказал он. — Чёрт возьми, ты всегда права.

— Не всегда, — улыбнулась я. — Но сейчас — да.

Он подошёл и обнял меня. Крепко, как тогда, после нападения. Я чувствовала, как бьётся его сердце, и знала, что он всё ещё боится. Но теперь он был готов действовать.

— Прости, — сказал он в мои волосы. — Я не должен был пытаться запереть тебя.

— Не должен, — согласилась я. — Но я понимаю. Ты боишься. И это нормально.

— Нормально?

— Нормально, — я отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Бояться — это нормально. Главное — не позволять страху управлять тобой.

Он усмехнулся.

— Ты говоришь как мудрец.

— Я социолог, — ответила я. — Мы все немного мудрецы.

--

Мы собрали всех в кабинете. Грета, Линвэль, Штифт. Даже несколько курьеров, которым Грета доверяла. Фредрик стоял у карты города, на которой я отметила места нападений.

— Пожиратели действуют по схеме, — сказал он. — Каждое нападение — на объект с высоким магическим фоном. Артефакты, источники энергии, склады. Они не просто уничтожают — они питаются. И чем больше едят, тем сильнее становятся.

— Значит, нам нужно остановить их, пока они не выросли, — сказала Грета.

— Да, — кивнул Фредрик. — Но есть проблема. Мы не знаем, откуда они приходят. Портал, через который они проникают в наш мир, может быть где угодно.

— Я знаю, где, — сказала я.

Все посмотрели на меня.

— Я проанализировала траекторию нападений, — я подошла к карте. — Каждый раз они двигаются от периферии к центру. Сначала Торговый квартал, потом Портальный мост, потом старый рынок. Следующая цель — здесь.

Я указала на точку в центре города.

— Главное хранилище артефактов. Самый мощный источник магии в Альдегарде. Если они его уничтожат, город останется без защиты.

— И когда? — спросил Линвэль.

— Сегодня ночью, — ответила я. — Если они будут следовать своей схеме.

— Значит, у нас есть несколько часов, — Фредрик посмотрел на карту. — Мы должны быть там первыми.

— Я пойду, — сказала я. — Как приманка.

— Нет, — Фредрик покачал головой.

— Фредрик…

— Я сказал нет, — его голос стал жёстким.

— Ты обещал не запирать меня, — напомнила я.

— Я не запираю. Я прошу. Нет.

— Выслушай меня, — я подошла к нему. — Я — нуль-носитель. Для Пожирателей я невидима. У меня нет магии, которую они могли бы почувствовать. Я могу подойти близко, увидеть портал, передать координаты. А ты — ты будешь там, с артефактом, и когда я скажу — ударишь.

Он молчал. Я видела, как он снова борется с собой.

— Это единственный способ, — сказала я тихо. — Ты знаешь.

— Знаю, — он закрыл глаза. — Чёрт возьми, знаю.

Он открыл глаза и посмотрел на меня. В них не было страха. Только решимость.

— Если что-то пойдёт не так, — сказал он. — Если ты почувствуешь опасность — уходи. Не геройствуй. Не пытайся сделать больше, чем нужно. Просто уходи.

— Обещаю, — сказала я.

Он кивнул. Потом повернулся к остальным.

— Грета, ты прикрываешь с восточной стороны. Линвэль — с западной. Курьеры — в оцеплении. Никто не входит, никто не выходит. Мы работаем по сигналу Кэт.

— А если сигнала не будет? — спросила Грета.

Фредрик посмотрел на меня.

— Будет, — сказал он.

--

Мы выдвинулись в сумерках.

Город был пустым — слухи о Пожирателях разогнали жителей по домам. Улицы освещали только магические фонари, которые мерцали тревожным, неровным светом. Главное хранилище артефактов возвышалось в центре — массивное здание из тёмного камня, похожее на крепость.

— Я пойду одна, — сказала я, когда мы подошли к зданию. — Вы ждите здесь.

— Кэт, — Фредрик взял меня за руку. — Будь осторожна.

— Буду, — я сжала его пальцы. — Ты тоже.

Я отошла от группы и направилась к хранилищу. Сердце колотилось, как бешеное, но я старалась дышать ровно. Я — невидима. У меня нет магии. Они меня не почувствуют.

Внутри хранилища было темно. Только слабое свечение артефактов разгоняло тьму — десятки, сотни предметов, каждый из которых хранил частицу магии. Я шла между стеллажами, чувствуя, как воздух становится тяжелее. Где-то рядом было что-то неправильное. Что-то, что не должно было здесь находиться.