Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Поздравляю, граф! — император пожал тому руку. — Отличная работа и заслуженная награда!

— Служу Империи! — отчеканил граф. — И, пользуясь случаем, позвольте пригласить Ваше Величество в Мурманск. Своими глазами всё увидите.

— Пожалуй, не будем откладывать, — улыбнулся Дмитрий Михайлович. — Завтра же и полетим, как раз по дороге вы мне всё расскажете, а на месте и покажете.

— Это огромная честь для меня! — граф явно не удивился, а значит, всё это согласовано было заранее.

И правильно. Церемония награждения — шоу, и накладки здесь непозволительны.

Дальше награждения пошли одно за другим. Кого-то награждали за укрепление международных связей, кого-то за долгую безупречную службу. Профессора из Императорского Московского Университета — за достижения в области химии, а главного инженера Выйского металлургического комбината, низкорослого, широкоплечего, с окладистой бородой и подозрительно похожего на гнома — за вклад в развитие металлургии.

Особый ажиотаж вызвало награждение вдовы какого-то полковника Поливанова, орденом Екатерины, за воспитание аж пятерых сыновей, с достоинством нёсших службу в армии, авиации и на флоте. Ажиотаж был вызван ещё и тем, что к её награждению присоединилась Её Императорское Величество Анастасия Борисовна, обнявшая и расцеловавшая смущённую женщину, и во всеуслышание объявившая, что матери должны брать с этой героини пример.

В конце концов, очередь дошла и до меня.

Вот только вместо церемониймейстера на помост поднялся Его Сиятельство, светлейший князь Михаил Никитич Долгоруков, главный егерь Имперской Егерской Службы «ЩИТ».

Как бы мой самый главный начальник, получается. Хоть я и вольный егерь, но в чрезвычайных ситуациях его приказы обязательны к исполнению даже для вольных.

— С позволения Его Величества, — начал князь, когда овации в его честь стихли. — Сегодня я хотел бы лично наградить одного нашего юного соотечественника за проявленную на службе отвагу, стойкость и смекалку. Позвольте представить почтенной публике нашего героя, Артёма Кирилловича Чернова!

Я как будто «Оскар» за главную мужскую роль получил.

Значит, герой? Ну-ну. Всего-то несколько разломов закрыл. Уверен, Мурманский порт куда важнее для страны, чем эти, — сколько их там было? — полсотни, кажется, разломов за тридевять земель от нашей границы. Да и металлургия в числе стратегических направлений не последнее место занимает, я уверен. А со мной и вовсе пока проблем приехало больше, чем пользы.

Так почему герой?

Впрочем, объяснение я получил быстро.

Лёгкой походкой я взлетел на возвышение и подошёл к князю. В методичке на этот счёт ничего сказано не было, так что я… просто был собой. То есть в меру наглым, слегка нахальным Охотником, который с князьями инферно такую горлодралку пил, что от выхлопа деревья загорались.

— Становись сюда, — негромко подсказал князь, показав на место слева от себя, между ним и императором.

И вот когда я повернулся лицом к собранию аристократов, до меня дошёл весь смысл. И таки я был прав. Это шоу.

Подобно тому, как награждение вдовы полковника было адресовано российским женщинам с целью повысить рождаемость и патриотизм в массах, моё чествование предназначалось для российской одарённой молодёжи. И часть её, Малый Свет, дети самых влиятельных и титулованных аристократов земли русской, находились прямо здесь, и прямо сейчас, распахнув глаза, смотрели на никому доселе не известного правнука простого барона.

— В начале лета Артём Кириллович отправился на службу, — начал князь. — По международным договорённостям, проходил он её в Ацтекской Империи, в опорном пункте Арапахо-Сити. Молодой человек пересёк половину мира, чтобы защищать этот самый мир от Эпицентра и его порождений.

Короткие овации. Ну да, не я один. Туда ежегодно тысячи человек едут.

— Однако господин Чернов проявил такое рвение, что не просто закрыл норматив раньше срока, но ещё и установил международный рекорд, за что мы его сегодня и чествуем!

А вот теперь до зрителей, начало доходить! Теперь аплодисменты стали громче, охотнее даже, я бы сказал, и куда продолжительнее.

— Артём Кириллович, все мы, вся наша служба, восхищаемся вами, — продолжил Долгоруков, повернувшись ко мне вполоборота и пожимая руку. — Отрадно видеть, как наша молодёжь показывает такие результаты. И сердце переполняется гордостью от того, что такие люди как вы представляют Российскую Империю на международной арене!

Взглядом я нашёл в толпе Патриарха. Вот уж кто сейчас раздувался от гордости, так это он! Дождался на старости лет, — так и читалось в его глазах.

— Ну и конечно, заслуженная награда! За мужество и самоотверженность, достойные настоящего егеря и патриота, Чернов Артём Кириллович, правнук барона Чернова, награждается орденом князя Владимира 4-й степени!

— Сюда повернись! — хмыкнул император.

А вот это было совсем неожиданно! Я ожидал, что орден вынесет церемониймейстер. Возможно, если бы его приколол сам Долгоруков, я бы не слишком удивился. Но император!

Зал просто ахнул. А император пожал мне руку.

— Поздравляю с наградой! — сказал он громко.

— Благодарю, Ваше Величество! — ответил я.

Вообще я должен был сказать что-то вроде «служу империи», кажется. Вот только «имперец» из меня, как из русалки балерина. Служить щитом человечества? Всегда готов, в любой из жизней. Служить империи? Я видел, как империи рождаются и умирают, так что это не для меня.

Однако император на это только хмыкнул и негромко добавил:

— Награда немного авансом, сам понимаешь.

— Понимаю. Show must go on. Реклама егерской службы и всё такое.

— Сам догадался? — прищурился Его Величество. — Иди уже.

Поклонившись, я вернулся на своё место в шеренге. Фирсов одобрительно кивнул, мол, всё прошло хорошо.

Пока шёл, глянул одним глазком на полученный орден. Золотой крест, красная эмаль — и простой, без геральдических атрибутов, щит на переднем плане, из белого золота, насколько я успел посмотреть в Сети. Символизирует мифрил, считающийся нерушимым.

— Кроме самих наград, — объявил вернувшийся на своё место церемониймейстер, — награждённым причитаются некоторые преференции, в большинстве случаев это налоговые послабления для рода. Но об этом будет сообщено в частном порядке. А теперь слово Его Величеству.

Ну вот, теперь очередь Ариэль.

— Дамы и господа!

Когда заговорил Император, остальные звуки в этом мире исчезли. Оркестр смолк, люди затаились. Тяжелее всего сейчас, должно быть, астматикам. Скорей умрут, чем перебьют Его Величество.

— Сегодня я хотел бы сделать официальное заявление, — Императору не нужно было кричать, усиленный даром голос и акустика зала делали всё за него. — Дело в том, что ко мне обратились представители иной расы из другого мира…

По зале прошелестел тихий «Ах!»

Вот он, эффект «вау». Впрочем, Император не возражал.

— Иномирная принцесса расы инфернов попросила у меня о предоставлении убежища.

Ещё одно: «Ах!» — пронеслось над толпой, на этот раз громче и отчётливее.

— Как вы понимаете, просьба возникла неспроста, — продолжил Величество.

А вот сейчас будет очень интересно. Любо-дорого посмотреть, как Император выпутается из щекотливой ситуации и пройдёт мимо всех острых камней. Не объяснить с чего он вообще решил дать инфернам убежище нельзя, закономерным будет вопрос: «Какого хрена?». Если не дожать и умалить косяк ацтеков, то вопрос поменяется на «И чо?». А если пережать, то Император выдаст недвусмысленную сентенцию: «Ацтеки — мудаки».

Охота на инфернов! Истребление! Геноцид! Нельзя такое вслух произнести. Слишком уж похоже на предъяву. А после предъявы заднюю не дают, иначе ты ссыкло. Ну или балабол, который не отдаёт себе отчёта в собственных действиях.

О-хо-хо…

Но на то он и Император, чтобы уметь в политику.

— Дело в том, что на территории другого государства, инферны столкнулись с некоторым притеснением, — обтекаемо начал Его Величество, — и не могут чувствовать себя в безопасности. Мы же, в свою очередь, готовы принять иномирцев у себя на правах иммигрантов, и гарантировать защиту жизни и здоровья согласно законам Российской Империи.

52
{"b":"883972","o":1}