- Просто ты ведьма.
- Просто кто-то жить без меня не может. Мы с Романо разработали маршрут моего возвращения. Довезёшь?
- Ладно. Отчего бы не довезти человека, которому я до такой степени безразличен, что она даже новый обряд ввела, только чтобы встретиться со мной хоть раз в год.
- Не льсти себе. Просто надо мной довлеют процессуальные ограничения.
- Я тебе верю. Ты мне хоть десятку на тумбочке оставила?
- Я денег ни разу в руках не держала. Да и ты запорол роль шлюхи. Порепетируй, может, используем это в следующем году.
========== Год 12 ==========
- Вы почему мне сразу не доложили?! – Александра побледнела и с трудом сдерживала ярость. – Когда вы зафиксировали первый сигнал?
- Во…во вторник, - заикаясь, проговорил брат Себастьян.
- Четыре дня! Да за это время ту можно было высадить военный контингент в восемьсот тысяч человек, установить для них укрепленный лагерь, перебить все наше дееспособное население, а остальных разобрать на органы!
- Ваше святейшество, успокойтесь,- отец Романо, прихрамывающий после инсульта, положил на её стол график. – Если бы нас хотели захватить, это бы уже сделали. И что, если бы Вы знали во вторник? Вы бы всех вооружили? Прекрасно понимаете, что мы беззащитны. И потом, источник сигнала ещё не установлен.
- Установлен, - все еще дрожащим голосом настаивал брат Себастьян. – Лос-Анджелес, Калифорния.
- Ну, и как вы это выяснили? – насмешливо спросил Романо.
- Мы это расслышали.
- Отлично! Мне тоже ничего не мешает сесть сейчас к микрофону и сказать: «Hi! This is Mike Farelli from LA, California and you are listening to Poppie FM!”
- Видите ли, ваше преосвященство, это та же волна, которую фиксировали в 9, 10 и 11-м году, - уже почти твёрдо сказал брат Себастьян. – Для мистификации это слишком долго.
- Мне так никто и не ответил, где вы болтались эти четыре дня, - уже спокойнее сказала Мама.
- Они впервые уловили речь, но не могли идентифицировать значение, кроме топонимов. И ни одному идиоту не пришло в голову обратиться к главе отдела за помощью, - покачал головой Романо.
- Ты говоришь по-английски? – с удивлением и уважением спросила Александра.
- Yes, I do. У нас на всех граждан есть профессиональные карточки, а описание квалификации собственных кадров сведено к надписи “священнослужитель”, в лучшем случае, с комментарием в скобках. С этим нужно что-то делать. Ладно, тут время терпит. Ваше святейшество, с информацией что делать?
- Это всё ещё может быть подделка, - задумчиво сказала Мама. – Ведь реально закольцевать запись и пустить её на бесконечное воспроизведение. Тем более, что мы годами не могли расслышать ни одного членораздельного слова.
- Там кусочек новостей попал, так что мы знаем и дату, и время, и температуру воздуха во время передачи, - разрушил её надежде Себастьян.
- И год совпадает?
- Абсолютно. Только у них он не 12-ый. Их летоисчисление не прерывалось.
- Что ж… Продолжайте прослушивать эфир, всё-таки ни одного твердого доказательства у нас нет, - она еще раз посмотрела на график фиксирования сигналов. – Никаких закономерностей не установили?
- Нет. Сигнала нет в пасмурную, дождливую и снежную погоду, в остальное же время предсказать его появление не представляется возможным. Он возникает то каждую неделю на минуту, как это было в 9-м году, может прорываться раз в год на 11 секунд, как в 10-м, или появиться ровно на 7 минут в январе, июне, августе, как в прошлом году. Во вторник же это был первый приём этого года. Длился 9 минут, речь мы различали с 3 по 6-ю минуты.
- Они просто издеваются над нами, - Мама разорвала график. – Я надеюсь, в ЕМ больше нет радиолюбителей, которые тоже это поймали.
- Вряд ли. Слишком редко и по большей части поздней ночью, - сказал брат Себастьян. – Мы продолжим работу, но…нельзя ли нам…увеличить финансирование?
- Вы и так прекрасно справляетесь, так что ступай с Богом, продолжай это свое служение и будь скромней.
Монах склонил голову и вышел.
- Садись уже, - бросила Александра кардиналу, который стоял, тяжело опираясь на стул.
- Я не смею.
- А когда ты в инвалидное кресло угодишь, нам тут подъемный механизм для тебя устанавливать?
Отец Романо ещё секунду поколебался, но всё же сел.
- И что мы будем с этим делать на самом деле? – отдышавшись, спросил он.
- Поднимем проект 7-го года «Об армии», что нам ещё остается.
- Это дорого.
- Знаю. Думаю, мы будем действовать постепенно. За год расширим вооруженные силы с 900 до 1500 человек, введём обязательную воинскую повинность и ежегодные сборы. Хотя, я не думаю, что это нам сильно поможет… Чисто гипотетически, какое у них может быть население?
- Мы всё ещё ничего не знаем об Азии, что стало с Ближним и Дальним Востоком, есть ли у них связь… Но, чисто гипотетически, 5,5 млрд, минимум.
- Тесновато им, наверное, там жить, - грустно вздохнула Анна.
- Не то слово. Но вспомните, что они не подали ни единого знака присутствия, это тоже что-то значит.
- Ума не приложу. Это абсолютная нелепость.
- Или тут произошел взрыв ядерной бомбы, и они ждут восстановления.
- Ну, удачи им. Тогда мы можем спокойно жить сколько? Что-то около 20000 лет?
- Побольше.
- Вот только никакого ядерного взрыва не было. Ты и сам прекрасно это знаешь. Перед нашей с Бенуа якобы спонтанной экспедицией ты вручил мне подарок со словами «Ни шагу из Ниццы без счетчика Гейгера». И я добросовестно им пользовалась. Превышение фона, если и было, то незначительное.
- Вы не всё объехали. И потом, эти резкие изменения климата вполне могут быть связаны с повышенным содержанием пепла в атмосфере.
- Возможно, но пепла вулканического.. так что до ядерной зимы нам далеко. Нет, тут что-то другое… Мне нужно подумать.
- Вы только сон и аппетит не теряйте. Прожили же 12 лет, и еще проживем.
- Спасибо тебе за заразительный оптимизм! Но надо все-таки, как бы невзначай, поболтать с сестрой Агнессой насчет военно-воздушных сил. Мало ли, вдруг сможем поднять самолет, заслать какого-нибудь камикадзе…
***
Когда Бенуа зашёл в кабинет, его внимание не могла не привлечь фигура, стоящая за окном на карнизе. Фигура была облачена в комбинезон и кепку и елозила тряпкой по стеклу. Судя по двум вызывающе чистым окнам, мойщик находился здесь уже продолжительное время. Чистота была приятна, но беспокоил тот факт, что никакого уборщика, мойщика или иного персонала в доме, на его балконах, карнизах, заборах и прочих местах не должно было быть. Следовательно, ситуация была крайне подозрительной. И ей могло быть только одно объяснение. Не медля ни секунды, Бенуа дернул створку окна на себя, и мойщик ввалился в комнату. Стараясь сохранять хладнокровие, Бенуа поднял его за лямки комбинезона и постарался заглянуть в глаза. Это было нелегко, так как субъект оказался сантиметров на 40 ниже. Пришлось его приподнять.
- Ты кто?
- Окна мою, - ответил незнакомец почти детским высоким голосом.
- Не описывай очевидное, а выворачивай карманы. На что ведешь запись?
- Я не веду записи. Я мою, чищу…
- На кого ты работаешь?
- На тебя. Я из агентства «Блеск+».
- Не угадал. Я не нанимал такое агентство.
- Я тебе сейчас покажу. Отпусти меня, - потребовал мойщик. Оказавшись на свободе, он не побежал, а снял кепку и достал из неё довольно грязный и мятый листок бумаги.
- Вот договор.
Бенуа не рискнул к нему прикоснуться и ещё немного смутился, потому что без кепки мойщик стал походить на девушку.