Самаил не захотел остаться погостить на планете и понаблюдать, как в реальности ведется борьба за существование, а Яхве втайне этому только обрадовался. Он собирался заняться самой важной частью своей задумки, сотворением людей. И почему-то ему не хотелось, чтобы Самаил был этому свидетель.
Мужчину было сделать просто. Яхве давно решил, что сделает его похожим, хотя и не копией, на известного красавца среди богов – Аполло. И он сотворил красивого юношу.
– Кто ты? – были первые слова того.
– Твой отец, – чуть поколебавшись, ответил Яхве. – Я тот, кто тебя создал.
– Как тебя зовут? – заинтересованно спросил человек.
– Хова, – сказал Яхве, почему-то назвавшись дружеским прозвищем, под которым был известен в вечном мире.
– А как зовут меня? – спросил юноша.
Яхве задумался. Ему показалось очень важным правильно назвать первого человека, и он сказал:
– Ты будешь Адамом, потому что смертен.
– Смертен? А что это значит? – с любопытством спросил Адам.
Яхве хотел было подробно ответить, но понял, что только зря потратит время. Человек не знал ничего ни о вечном существовании, ни о существовании как таковом вообще. Как же объяснить ему, что такое смерть?
– Ты узнаешь об этом позже. А пока лучше посмотри, что я буду делать дальше. Для тебя, кстати, стараюсь. Ты еще это не почувствовал, но скоро поймешь, что тебе в жизни чего-то не хватает, так что я создам тебе подругу, женщину.
– Женщину? – спросил Адам. Он с непривычки устал от разговора с тем, кто называл себя отцом и создателем, и проголодался, а потому невольно спросил:
– А ее можно есть?
Яхве рассмеялся и сорвал с ближайшего дерева какой-то плод.
– На, перекуси. А женщин есть нельзя. Лучше поберегись, чтоб она тебя не съела.
Адам испуганно посмотрел на бога, а тот сам на себя рассердился. Разве можно было шутить с этим невинным и абсолютно невежественным взрослым ребенком?
– Забудь, что я сказал, – чуть резковато проронил Яхве. – Она тебя не съест.
То ли от недовольства собой, то ли по какой-то другой неизвестной причине Яхве отвлекся, создавая женщину, и, поддавшись подсознательному импульсу, сотворил ее почти точной копией Лилит.
– Лилит, – невольно прошептал пораженный бог, увидев перед собой прекрасную обнаженную женщину. Но Адам его услышал.
– Ее зовут Лилит? – спросил он, внимательно ее разглядывая. Вид ее тела вызывал в нем какое-то странное непонятное ему томление. Хотя, по-честному, все пока казалось ему странным.
Бог проклинал себя. Только этого ему и не хватало. Так вроде здорово придумал, чтобы уйти от всего, что огорчало его в вечном мире. И на тебе. Сотворил на свою голову вторую Лилит. Вот бы посмеялся, увидев это, Самаил. Он даже хотел ее тут же разрушить, но что-то не позволило ему поднять руку на это прекрасное творение.
А женщина гордо и независимо смотрела на мужчин. Один, золотоволосый, выглядел чуть старше и был внизу обмотан какой-то тканью, другой, чернявый, был помоложе и, как она, гол. Она с любопытством их разглядывала. Ее позабавило строение мужских тел, и она подумала, что эта штука, наверно, мешает при ходьбе. И, скорее всего, для поддержки и крепления тот, кто постарше, примотал ее куском материи. Ничего не скажешь, остроумно. Тот, кто помоложе, честно говоря, понравился ей больше. Ее только смущал его сверлящий и голодный взгляд. Да и старший как-то странно на нее посматривал. В глубине души мелькнул страх. Может, их надо бояться?
– Что уставились, незнакомцы? – как будто пробуя слова наощупь, произнесла Лилит.
Молодой в ответ глупо на нее посмотрел, а старший сглотнул слюну и, похоже, смутился.
– Я твой отец и создатель, – сказал бог, но это не получилось у него так же величественно и многозначительно, как в аналогичной ситуации с Адамом.
– А это – твой муж и повелитель Адам, – со странной неуверенностью продолжал Яхве, указывая на первого смертного.
– И из чего же ты меня создал? – не без иронии спросила Лилит.
Бог растерялся. Вот незадача. Как же этим новорожденным дуракам объяснить, из чего он их создал? Яхве огляделся. Невдалеке бежал маленький ручеек с глинистыми берегами.
– Из глины, – с облегчением вздохнув, ответил Яхве.
Лилит удивленно на него посмотрела. Она провела рукой по своей нежной золотистой коже и подумала, что между ней и серой землей нет ничего общего. Но что такое ложь, она не знала и опровергнуть бога не могла.
На радость Яхве внимание людей отвлекло маленькое ушастое существо, которое, не обращая на их группу никакого внимания, стало неподалеку увлеченно жевать какие-то корешки.
– Что это такое? – спросил Адам.
– Какой-то зверь, – отмахнулся бог, и тут его осенило, чем можно занять парочку его подопечных и тем самым избежать неминуемых расспросов.
– Это зверь, каких здесь много. И все они появились, как и вы, люди, но немного раньше, сотворенные моей волей, – величественно произнес Яхве. – Я создал их для того, чтобы правили ими вы, люди, если сумеете доказать, что достойны властвовать над этим миром.
Адам вытаращил глаза.
– Так властвовать значит править? – дурашливо спросил он. И тут же крикнул существу:
– Эй ты, подойди сюда.
Зверек повернулся на звук голоса и равнодушно оглядел стоящие поблизости шумные и непонятные создания. А потом, догрызя какую-то веточку, подальше от греха поскакал в сторону леса.
–Эй, куда? – обиженно прокричал ему Адам и тут же нажаловался Яхве. – Отец! Он не слушается.
Яхве поморщился. Ему совершенно не понравилось, что человек назвал его отцом.
– Не зови меня больше так, – сказал он.
Адам удивился.
– Но ты же сам сказал, что ты отец. И вот этой тоже. Как ее? Лилит, – мужчина показал на скучающую женщину.
– И тем не менее не смей меня больше так называть, – строго и категорично произнес бог.
– А как? – в голос спросили люди.
– Зовите меня Саваоф, что на древнем, забытом языке означает Мудрый, – величественно проговорил Яхве.
– Хорошо, – кивнул Адам. – Пусть будет Саваоф. Но знай, хоть ты и создал меня властвовать, твой зверек и не подумал меня послушаться.
Яхве вскипел в притворном возмущении, и люди с перепугу даже присели.
– Да как ты смеешь вообще жаловаться? Ты! Плевок грифона! Как это существо может тебе подчиняться, если ты даже не знаешь, кто оно, – бог с издевкой помахал пальцем перед носом человека. – А хочешь, попробуй крикни вот тому, летающему в небе, и попроси спуститься. Посмотрим, что из этого получится.
– Так откуда же мне знать, кто он? – начал оправдываться Адам. – Я и себя-то толком не знаю.
– Вот это уже другая речь, – помягче продолжал Яхве. – Истинное величие начинается с понимания собственной ничтожности. А потому открою тебе тайну. Никто не знает, что это за существо. Ни это, ни все другие. А поэтому, пока их сущность остается неясной, они свободны и никому не подчиняются.
– А как же ее сделать ясной? – заинтересованно спросил Адам.
– Назови их. Имена придают сущность окружающему, – доверительно сказал бог. – Скажи, как бы ты назвал того ушастого зверька?
Адам задумался, но неожиданно в разговор вступила Лилит.
– Да что тут думать, – усмехнулась она. – Видно же, что это заяц.
– Почему «заяц»? – удивился бог.
– Как почему? – недоуменно переспросила Лилит. – Погляди сам. Длинные ушки, короткий хвостик, серая шерстка, жует травку. Заяц – он заяц и есть.
– И правда, похож на «заяца», – подтвердил Адам.
Яхве хотел было рассердиться, но сдержался, а в это время Адам снова заорал что есть мочи.
– Заяц! Немедленно иди ко мне.
И снова никто на его зов не откликнулся, а бог криво улыбнулся.
– Ты снова торопишься, сын мой. Задумайся, и сам поймешь, как это несправедливо, что только одно существо обрело сущность и приняло твое право власти над ним. Безымянных созданий еще ой как много, и надо назвать всех их. Дай им их сущность, и тогда властвуй, сколько хочешь