Именно это мне заявил некто Джей, у которого я поинтересовался, что он тут делает. Я, говорит, на все 12 месяцев заряжаюсь энергией – она, мол, тут из Земли так и хлещет. И уже шепотом на ухо:

– Недавно рядом археологи откопали могилу. А в ней мужчина и женщина лежат. Друг на друге! Представляешь, сколько здесь таких могилок разбросано. Ведь раньше согрешивших любовников закапывали вместе. Живьем. Сколько энергии за века накопилось!

– А вдруг это «плохая» энергия? – поинтересовался я. – Ну, там черная магия и все такое…

– Да плевать, – как отрезал рыжий Джей, – лишь бы работало.

– Купи, «Виагру», придурок, – потянул меня за руку прочь от странного Джея Сима. – Пошли, найдем местечко присесть.

Древние камни были сплошь облеплены зеваками, а парочка самых отпетых даже умудрилась забраться на горизонтальные плиты, соединяющие валуны. Я посмотрел на часы в мобильнике – судя по всему, ждать появления Солнца нам оставалось еще долго.

– Давайте присядем вон там, – показал пальцем Сима на свободное место в центре площадки. Масумото расстелил на земле заботливо прихваченное из машины одеяло и вежливо предложил девушкам расположиться на нем. На мой недоуменный взгляд, японец, покраснев, коротко пояснил: – Для пикников вожу.

– Уважаю! Солидный человек – солидный подход – первым упал на покрывало Бронштейн. – А вот это для продолжения банкета. – Жестом фокусника Сима достал из своей сумки бутылки со спиртным, пластиковые стаканчики и какую-то упакованную снедь.

– Сима, имей голову, – возмутился Костюшин, присаживаясь рядом и разглядывая этикетку на бутылке с виски. – Масумото и девушки не будут пить эту гадость.

– Эх, что бы вы без меня делали, – следом за виски наш еврей вытащил из сумки пару банок безалкогольного пива и фонарик. Фонарик Сима тут же включил в режиме рассеянного света и положил его на одеяло так, чтобы тот освещал место нашего ночного пикника. После этого Бронштейн расставил пластиковую посуду, разлил спиртное по стаканчикам и приглашающе махнул рукой. – Для потомка самурая безалкогольное пиво, остальным кому что по вкусу.

– Со всем уважением, Сима-сан, я не потомок самураев, – вежливо уточнил Кивами, принюхиваясь к пиву.

– А чей же? – поинтересовался я, чокаясь с девушками и Костюшиным.

– Мои предки с Окинавы, среди них были крестьяне, буддийский священник, торговец рисом, – коротко перечислил японец.

– Да хоть ниндзя, – хохотнул Сима, приканчивая второй стакан.

– Еще раз прошу прощения, – помотал головой Масумото, – во-первых, на Окинаве ниндзя никогда не было. Во-вторых, это очень большой позор, если бы среди моих предков были бы эти бесчестные убийцы и шпионы.

– Кивачка, – схватила за руку японца Вика, – но ведь родителей, бабушек, дедушек не выбирают.