Литмир - Электронная Библиотека

Очень Личный Ассистент

Больно. Безумно больно смотреть на любимого человека, в спешке собирающего вещи и сбегающего от тебя, когда до вашей свадьбы остается каких-то жалких два месяца... Но еще больнее будет после, когда ты свернешься калачиком на кровати, уткнувшись в его подушку, и будешь раз за разом прокручивать в голове слова, брошенные им на пороге вашей квартиры. Прокручивать и понимать - да, он прав. Да, «бесчувственный робот» не способен любить, да, внешне ты не можешь привлечь внимание даже шестидесятилетнего делового партнера, что уж говорить о нем - преуспевающем финансисте, да, работа и босс у тебя на первом месте, да, жизнь расписана на двадцать лет вперед и в ней нет места случайному порыву сорваться в путешествие среди рабочей недели... Да, да, да! Да, черт тебя побери... жить с тобой то же самое, что и с торшером - светит, но не греет... да и то с перебоями.

Но ты же сильная, самодостаточная женщина! Ты работаешь на самого бескомпромиссного воротилу бизнеса, терпишь его прямолинейность и даже жесткость во многих вопросах, можешь уволить десятки сотрудников не моргнув глазом! И вот ты сообщаешь родне и друзьям, что свадьбы не будет, отменяешь все заказы на ресторан, торт, официантов... и стоишь на пустыре за домом, наблюдая, как догорает то, что каких-то пару недель назад было самым красивым свадебным платьем. Почему? Да просто потому, что у сильной, самодостаточной женщины закончились силы и слезы, так необходимые для спокойного существования рядом с этим напоминанием в одной квартире...

А что дальше? И ты смотришь красными от слез глазами в ночь, то и дело сбрасывая звонки от дотошного босса и осознавая, что больше ничего не будет как прежде. Бесчувственный робот? Отлично. Маньяк от работы? Еще лучше! Фригидная монашка и расчетливая стерва? Просто замечательно! Необходимые составляющие есть, осталось только упаковать их в подходящую упаковку. Ах да, стерву поставить во главу, а фригидную убрать навечно.

Эта боль выжгла все чувства к НЕМУ, но почему же я все еще живу? Может, на свете есть еще кто-то, кому я отдала свое сердце, даже не заметив? Хотя почему «не заметив»... очень даже заметив...

* * *

Ну что же, вот она я, новая Анна Васильева. Дерзкий макияж, послушно уложенные мягкие локоны, непозволительно короткая черная юбка-карандаш, шелковая блузка глубокого алого цвета с парой расстегнутых пуговиц, чулки и туфли на шпильке. Вызов во взгляде, дьявольская усмешка карминовых губ и уверенная поступь. Больше нет того невзрачного серого зверька со спрятанными за стеклами очков глазами, с завязанными в узел бледно-каштановыми волосами, в застегнутом на все семь пуговиц пиджаке. Я не «фригидная монашка», а истинная женщина. Теперь ОН не сможет в этом усомниться...

Четко ступая по мрамору пола и оглашая холл Башни-2000 звонким стуком каблуков, сюда вошла совершенно другая особа, нежели та, что панически бежала за уходящим женихом пару дней назад. И только телефон ее по-прежнему разрывался от настойчивости шефа. Взять трубку, бросить тихо «Две минуты - и я на месте» и снова двинуться вперед, к замершему с открытым ртом охраннику. Каждое движение, каждый вздох исполнен достоинством и элегантностью, этому я училась полночи. Кого-то унизили-растоптали-бросили в прошлую пятницу? Понятия не имею, о чем вы.

Пока поднимаюсь в лифте на свой этаж, сердце отчаянно колотится где-то в горле, рискуя вырваться на свободу, стоит тормознуть кому-то кабину на двадцать четвертом этаже. Двадцать четыре, как символично. Именно в этом возрасте я встретила его и именно на этом этаже меня - страшно вспомнить - оставили с разбитым сердцем на глазах у младших сотрудников ведущей российской инвестиционной фирмы. Ну ничего, я все еще дышу, я все еще не захлебнулась в слезах.

Тихим «треньк» лифт сообщает, что я на месте. Вот она - святая святых отечественного бизнеса – «Close Information Technologies», сокращенно КИТ. Я работаю здесь уже пять лет, и мой босс - это самый невыносимый человек из всех, кто только существует в этой Вселенной. Сейчас я говорю об Артуре Миронове, преуспевающем бизнесмене, любимце женщин и светской хроники. Это Тони Старк нашей реальности - гений, миллионер, филантроп. Его железный костюм - это бесконечная выдержка, его слабость - это любовь. Ах да, его личный ассистент - это я, и вот уже пять лет именно на меня сваливаются графики его встреч и поездок, выдворение его любовниц за порог, покупка галстуков и носков и отслеживание всех грязных сплетен о нем.

Секретарша Люся встретила меня напряженным молчанием и затаенной жалостью в глазах.

- Свежие номера таблоидов и «News» мне на стол через семь минут, и не забудь про кофе, - ненавижу жалость. Громко хлопнув дверью, яростно бросаю сумку и пальто на стол и всем корпусом разворачиваюсь к боссу. - Ты так жаждал меня видеть, просвети, пожалуйста, с какой стати?

Он не сводит с меня своих пронзительно серых глаз ровно три минуты, и меня «отпускает». Что бы со мной ни сделал мой бывший, здесь - место моей работы и человек, которому я обязана практически всем, что имею. Он действительно красив... Высокий, подтянутый, посещающий тренажерный зал три раза в неделю. Блондин с классическими чертами лица,  серебристыми глазами и брутальной щетиной. Его стрижка отвечает последним тенденциям моды, а костюм - это настоящий шедевр дома «Армани», он мог бы быть до тошноты красивым, если бы не этот проницательный и ледяной взгляд. И именно он заводит меня до такой степени, что я превращаюсь в настоящую кошку. Но последний факт никому неизвестен. Даже мне он открылся лишь некоторое время назад.

- Остынь для начала и проверь, на месте ли все документы по Загаракису - не хочу допустить неточностей в этом деле, - он вновь принимается за подписание бумаг, от которых я его отвлекла.

Стоит мне развернуться к двери, как меня догоняют его слова:

- И себя приведи в порядок, будь так любезна.

Ровно через пятнадцать минут все документы проверены, перепроверены и аккуратно разложены на столе в конференц-зале. Мерно гудит кондиционер, охлаждая мои горящие щеки, а горят они от тех откровенных взглядов, которые на меня бросают наши греческие клиенты, и оттого, что сегодня я впервые за пять лет работы ослушалась приказа босса. Греки что-то обсуждают шепотом, а Миронов наливается яростью, сидя в соседнем кресле.

- Я, помнится, просил тебя привести себя в порядок, - злой шепот прямо в ухо посылает по моему телу заряд в тысячу вольт, и я ничего не могу поделать с жаждой, мгновенно охватывающей меня. Черт, когда я в последний раз была в постели с мужчиной? Три недели назад? А такое чувство, будто три года.

Чуть поворачиваю голову, случайно мазнув губами по его щеке:

- О чем ты? Со мной полный порядок. Если здесь и есть тот, кому надо остыть, так это ты сам. - Дерзость, вот теперь мое второе имя. Прежняя Анна, явись она в таком виде в офис, после приказа босса на сорок минут закрылась бы в туалете и мылом с мочалкой отстирала бы свое лицо, волосы и все остальное. А новая Анна? О, новая Анна только игриво приподняла бровь и закинула ногу на ногу, отчего юбка задралась опасно высоко. Да, мое третье имя - это Соблазн.

Взгляд Миронова полыхнул белым пламенем, и мое тело словно омыло жаром.

- Я все выходные боялся, что сегодня на работу явится забитая и усталая женщина средних лет, которую Люсе придется отпаивать чаем с ромашкой, а пришло... вот это, - быстрый кивок на расстегнутый ворот блузки. - Ты хоть понимаешь, что сейчас похожа не на человека, которому можно доверить многомиллионные контракты, а на офисную шлюху?

- А ты понимаешь, что основная масса этих «многомиллионных контрактов» заключается с мужчинами? И офисную шлюху, как ты меня назвал, им хочется видеть гораздо больше, чем серую мышь.

- То есть, причина метаморфозы в этом?

- Причина метаморфозы в том, что один небезызвестный нам человек назвал меня фригидной монашкой и сбежал к своей секретарше.

- Ну так и ходи в таком виде перед небезызвестным нам человеком, а здесь - сердце российского бизнеса, которое ты доводишь до остановки своим выглядывающим из декольте лифчиком.

1
{"b":"224668","o":1}